«По проекту архитектора…»

Дата публикации: 02-06-2014

Актовый зал

ВСТРЕЧА ШЕСТНАДЦАТАЯ:

Лидия Константиновна КОМАРОВА

Вряд ли мы ошибемся: многие из тех, что собрались сегодня в Актовом зале, хотели бы после школы учиться в МВТУ имени Баумана. Ведь знаменитое Московское высшее техническое училище окончили такие выдающиеся ученые, как академики С. П. Королев, H. А. Пилюгин, Б. С. Стечкин, А. Н. Туполев, В. Г. Шухов, среди его выпускников конструкторы космических кораблей, космонавты… Когда мечта ваша, ребята, осуществится, когда вы будете слушать лекции в просторных аудиториях МВТУ, работать в удобных лабораториях, готовиться к экзаменам и зачетам в уютных читальных залах, вспомните добрым словом сегодняшнего нашего гостя: комплекс новых зданий МВТУ возведен в 19S6 году по проекту архитектора Лидии Константиновны Комаровой.

А может быть, некоторые из вас придут учиться в горный институт в Кемерове! Его здание тоже построено по проекту Лидии Константиновны. И здание политехнического института в Караганде. Принимала она участие и в работе над проектами Воронежского государственного университета г Ленинградского кораблестроительного института…

Впервые в нашем Актовом зале выступает архитектор. И нетрудно предугадать вопросы, которые любознательный человек хотел бы задать человеку этой профессии, соединившей в себе и вдохновенное искусство, и достижения и возможности строительной техники.

Но сегодняшняя встреча интересна и тем, что коммунист Лидия Константиновна Комарова — один из тех заслуженных людей, что носят значок «50 лет в КПСС». Судьба ее — частица истории нашей страны, знать и помнить которую надо каждому.

— Лидия Константиновна, если гость Актового зала ученый-физик, мы обычно спрашиваем: почему выбрана именно физика? Если писатель-фантает — почему он пишет фантастические книги? Ну а если архитектор, да еще, судя по перечисленным уже вашим работам, архитектор, чья основная специальность — проектирование зданий высших учебных заведений…

— Почему выбрана архитектура? Не сразу я стала архитектором, путь к этой профессии был у меня довольно своеобразным, зато сейчас я скажу не задумываясь: да потому, что архитектура — это одна из важнейших профессий.

Предвижу, что не каждый с этим согласится. Например, тот, кто хочет стать конструктором космических кораблей, убежден, что нет деятельности лучше. А тот, кто хочет стать ученым-физиком, будет доказывать, что не существует более увлекательного занятия. Кто прав? Оба. И все-таки…

Человек строил здания, возводил разного рода сооружения с тех пор, как стал, по сути, человеком: сооружение жилища было одним из самых первых осмысленных действий человека. А сегодня космический полет начинается с космодрома, в создании которого принимал участие архитектор. Ученый- физик работает в лаборатории, возведенной по проекту архитектора. За день каждому из нас нередко случается побывать — подсчитайте — в добром десятке различных зданий, созданных поначалу на листе ватмана архитектором. Значит, архитектура действительно одна из важнейших профессий, и она всегда будет такой: люди строят все больше и больше.

Кстати, нельзя, пожалуй, назвать моей основной архитектурной специальностью проектирование зданий высших учебных заведений, это лишь часть пути в архитектуре, продолжающегося около шести десятков лет.

—        Тогда давайте начнем с самого начала…

—        Рисовала с пяти лет, и в семье поощряли мое увлечение. Рисовала все, что видела вокруг, что казалось интересным. Помню, у моей тети был день рождения, и мне, понятно, хотелось сделать ей подарок. Какой? Решила подарить… красивый мебельный гарнитур. И нарисовала во всех подробностях все предметы гарнитура. В детстве не сомневалась: буду только художником. Семье ча

сто приходилось переезжать из города в город. В 1905 году отец, кассир на железнодорожной станции, как один из организаторов стачки, был арестован, но и после того, как его освободили, власти продолжали преследовать семью; нам пришлось уехать из Иваново-Вознесенска, где я родилась, сначала в Москву, потом в Армавир и, наконец, снова в Москву.

В Москве училась в гимназии, здесь была первой по рисунку. И в 1918 году меня привлекли, как способную художницу, к оформлению первомайского парада.

Это был первый праздник Советской власти! Художники — все молодые — работали радостно, с упоением. На усталость никто не обращал внимания — ведь готовились к празднику, какого еще не было на земле! Помню, как в Колонном зале под утро закончила рисовать… четырехметровой величины галошу, с которой прошла потом по Красной площади делегация завода резиновых изделий «Красный богатырь». Закончила работу и только тогда увидела рядом с собой отца, участника революции 1905 года, который, оказывается, долго следил за тем, как работает его дочь, гордая тем, что ей доверили принять участие в оформлении первого революционного праздника победившего народа.

1 мая 1918 года на Красной площади я впервые видела Владимира Ильича Ленина. Он переходил от одной трибуны к другой — они были расставлены прямо на площади — и с каждой обращался к тысячам людей, столпившихся вокруг.

И еще один раз довелось мне видеть и слышать Владимира Ильича: на десятом съезде партии в 1921 году. Мне удалось пробраться на галерку зала, где он выступал…

То было интереснейшее время, новое бурно входило в жизнь, ломая старое, обветшавшее. Время воспитывало в нас гражданскую активность, стремление самим искать и привносить в жизнь новое. В 1920 году В. И. Ленин подписал декрет о создании Высших художествен- но-технических мастерских — ВХУТЕМАС. Я пришла туда учиться.

—        …И стали не художником, а архитектором? Но прежде о самом ВХУТЕМАСе. Наши читатели, понятно, знают о нем не так уж много.

—        Начать хотя бы с того, что примерно одинаково молоды были в ту пору и студенты и преподаватели. Там сложилась творческая система объединявшая факультеты живописи, скульптуры, архитектуры, графики и дизайна в единый комплекс с общим новаторским творческим направлением, в основе которого заложено стремление к связи искусства с производством, наукой и техникой, с новым содержанием социалистической жизни и потребностями народа. И во ВХУТЕМАСе я действительно увлеклась архитектурой.

Двадцатые годы — время зарождения советской архитектуры. Как и произведения живописи, литературы, музыки, творения архитекторов тоже всегда отвечали духу того времени, когда создавались. Громады египетских пирамид, например, словно символизировали тяжесть, несокрушимую власть фараонов над бедствующим народом, а пышность, великолепие версальских дворцов подчеркивали блеск, великолепие абсолютной монархии во Франции.

Советская архитектура должна была отразить новый стиль жизни, стремительный, невиданный в истории взлет Советской страны, дух новаторства везде и во всем. От советского архитектора- художника требовались не оторванные от жизни академические проекты, а практические научные ответы на реальные и насущные задачи. Студенты вовлекались в практику архитектурного строительства нового типа, участвуя в конкурсах на темы «Изба-читальня», «Рабочий поселок», «Дом-коммуна», многие из проектов юных архитекторов воплощались в жизнь.

Сама обстановка в учебных стенах была боевой, революционной, воспитывающей во вполне определенном духе. Мы были прикреплены к рабочим ячейкам на разных предприятиях, помогая рабочим выпускать стенные газеты. Праздниками для нас становились комсомольские субботники: чаще всего на вокзалах мы разгружали дрова и шли по улицам к месту работы со знаменами, лозунгами, пели революционные песни. В институтском зале часто происходили собрания, встречи. У нас выступали со стихами Маяковский, Асеев, впервые именно у нас показал своих знаменитых теперь кукол Сергей Образцов. Довелось мне видеть и слышать Анатолия Васильевича Луначарского, причем не только в стенах ВХУТЕМАСа. Учась, я одновременно преподавала рисование в детском доме для одаренных детей, созданном по идее Анатолия Васильевича. У наркома просвещения было мало свободного времени, но детский дом был предметом постоянной его заботы, и нарком приезжал… по ночам посмотреть, как дети спят.

Моей дипломной работой был проект здания Коминтерна.

Над письменным столом Лидии Константиновны висит большой лист с проектом. Здание кажется необычным: представьте семь расширяющихся кверху полуколец Несмотря на размеры, все сооружение кажется удивительно легким, воздушным. Необычность, смелость замысла привлекли к проекту внимание многих специалистов, работа молодого архитектора публиковалась во многих специальных журналах и у нас, и за рубежом. Проект не был осуществлен на практике, но он положил начало серьезной и многосторонней работе архитектора Лидии Константиновны Комаровой. До войны по ее проекту была построена гостиница в Туле, она создала типовой проект колхозного клуба, спланировала пешеходную тропу Сочи — Мацеста. После войны архитектор Комарова выполнила проекты жилых комплексов для городов Великие Луки, Владимир…

—        Лидия Константиновна, вернемся к тому, с чего мы начали встречу,— к вашим работам над проектами высших учебных заведений. Наверное, работа над ними в чем-то особенна?

—        Молодым людям, пришедшим в построенные мной здания, учиться должно быть удобно и даже радостно. Да, именно радостно, потому что архитектор — глубоко убеждена в этом — может сделать все. Какая может быть радость в унылом, казенного вида помещении? Но достаточно бывает, например, видоизменить форму окна, по-иному расположить двери, и помещение полностью п реобр азится…

Работа архитектора во многом сродни работе живописца. Художник, работая на двухмерной плоскости, создает для зрителей иллюзию объемности. У художника непременно должно быть развито пространственное воображение. Но у архитектора в еще большей степени. Ведь архитектор, начиная работу над проектом, как бы мысленно «примеряет» будущее сооружение к окружающей местности, к соседним зданиям. Если сооружение очень велико, должен подумать и о том, какое место оно займет в архитектурном облике всего города. И еще одно важнейшее отличие искусства архитектуры от всех других видов искусств: архитектура теснейшим образом связана с наукой, техникой, социальными условиями жизни. Многое должен учитывать архи

тектор — и особенности строительных материалов, которыми он может располагать, и природные особенности той местности, где поднимется новое здание.

—        И начинается работа архитектора…

—        С конкретной задачи. Вот, например, те же новые корпуса МВТУ. Работа над проектом началась в 1949 году. Было определено, какие лаборатории нужны институту, на какое количество студентов рассчитаны. Но о начальной стадии работы архитектору трудно рассказывать, проще было бы показать горы первых набросков. Набросков могут быть сотни, тысячи. Писатель ищет первую фразу, интонацию, настроение, архитектор ищет сразу и форму и содержание. Здание должно быть красивым, гармоничным внешне, «вписываться» в окружающую местность, должно быть строго продуманным внутри — архитектор решает, где расположить аудитории, коридоры, лестницы, вестибюли… И наконец проектное задание готово, есть разрезы здания, нарисованы фасады, показана перспектива. Что ж, работа закончена? Да нет, впереди еще годы работы. После проектного задания начинается долгая, кропотливая разработка задания технического. Теперь архитектор работает со специалистами самых разных областей — конструкторами, сантехниками, технологами. Работу всех служб надо увязать между собой, строители должны получить чертежи, на которых не будет для них «белых пятен». И когда начинается строительство, архитектор —

частый гость на стройке. Корпуса МВТУ мы сдавали по частям, некоторые только «начинались», а в другие уже пришли студенты. И мне случалось видеть, как впервые открываются двери новых лабораторий, аудиторий. Вот тогда-то только и заканчивается работа зодчего. И знаете, нет для архитектора минуты дороже, когда он чувствует, что дело его рук, знаний, способностей нужно людям. Повторю это еще раз: у нас действительно важнейшая профессия. И устремленная в будущее: новые, неизвестные пока строительные материалы, которые неминуемо будут созданы, неузнаваемо изменят облик нашей планеты, а может быть, кому-то из будущих архитекторов доведется строить дома на Марсе, на Луне…

—        Ваши слова можно, пожалуй, назвать настоящим гимном архитектуре. Быть может, некоторых из читателей они приведут и в архитектурные вузы…

—        Буду только рада.

—        Лидия Константиновна, встреча подошла к концу. Последний, традиционный вопрос: что бы вы пожелали читателям?

—        Самостоятельности, ее сейчас не всем хватает, часто великовозрастного парня или великовозрастную девицу «водят за ручку». Чувствовать свою связь с народом, страной. И, устремляясь в будущее, помнить и ценить прошлое.

Встречу вел В. МАЛОВ

Рисунок В. ЛАПИНА 9

Случайное

Скачать ЮТ №8 1981 год

Физический фейерверк

Гусеничный самоходный паром

Электрохимический генератор

Приложение к журналу Юный техник №4 1984

Истребитель И-1

Без пыли

Только отборный! медосмотр для картошки?

Куба строится! вива, Куба!

Наш курьер

Кухня по-научному

Телекамеру-малютку

Владимир Михановский. Аполлон

Размышления по поводу одной модели

С пропеллером и на коньках

Новое Случайное Нас нашли

©2009-2014  Адрес в интернете: http://unteh.ru